Есть ли альтернатива выбора?

Российско-кыргызские отношения после начала специальной военной операции (СВО) России на Украине, на первый взгляд, не претерпели серьезных изменений. Кыргызстан по-прежнему акцентирует внимание на стратегическом союзническом характере связей с Россией, а российское руководство подчеркивает значимость Кыргызской Республики (КР) в торгово-экономической сфере и в вопросах безопасности.

В то же время президент Кыргызстана Садыр Жапаров стал едва ли не единственным главой государства в Центральной Азии, кто в первые дни после начала СВО дал оценку происходящему, которую пресс-служба президента РФ оценила как солидарную с Россией. По инициативе кыргызской стороны 26 февраля состоялся телефонный разговор Владимира Путина и Садыра Жапарова, в ходе которого, как сообщает российская сторона, была выражена поддержка действиям России на Украине. В ответ на это посол Украины в Кыргызстане был отозван в Киев для консультаций. Спустя несколько дней С. Жапаров вынужден был публично уточнить свои слова. Выступая в кыргызском парламенте, он высказался о нейтральном статусе Кыргызстана в российско-украинском конфликте, отметив отсутствие у КР возможностей как-либо повлиять на его исход.

Россия занимает ключевое место во внешней политике Кыргызстана, и в целом отношения двух стран можно назвать устойчивыми несмотря на периодические политические потрясения в самом Кыргызстане, в результате которых меняется высшее руководство страны. Сотрудничество двух стран носит многоплановый и стратегический характер, что подчеркнули лидеры двух стран на полях саммита ШОС в сентябре 2022 г. Кыргызстан состоит в большинстве региональных интеграционных объединений с участием России — как политического и торгово-экономического плана (СНГ, ЕАЭС, ШОС), так и военно-технического (ОДКБ). Неслучайно С. Жапаров свой первый зарубежный визит в качестве главы государства феврале 2021 г. совершил именно в Россию.

В то же время стоит отметить, что именно в Кыргызстане после начала СВО состоялись наиболее заметные политические акции как в поддержку спецоперации, так и против нее. Акции проходили преимущественно у стен российского посольства, и власти, чтобы избежать обвинений в ангажированности и стремлении поддержать одну из сторон конфликта, запретили проведение подобных мероприятий. В то же время в Кыргызстане была запрещена символика спецоперации, а также демонстрация фильмов, посвященных Донбассу.

В этом смысле Кыргызстан и Казахстан стали единственным странами в Центральной Азии, где обсуждение спецоперации не было табуировано, а общественные дискуссии вышли за рамки непубличных. Именно Кыргызстан на протяжении всего периода независимости стран ЦА демонстрировал самый высокий протестный потенциал в обществе, что нашло отражение, в частности, в нескольких государственных переворотах.

Стоит отметить, что Кыргызстан, как и другие страны региона, не обошла волна информационных вбросов о возможности участия его граждан в боевых действиях на Украине. После объявления в России мобилизации 21 сентября 2022 г. эти слухи усилились — особенно с учетом того, что многие граждане КР имеют двойное российско-кыргызское гражданство.

В Кыргызстане довольно сильно развит неправительственный сектор — больше, чем в какой-либо стране Центральной Азии; здесь многие НПО имеют западное финансирование, выступают за ослабление связей с Россией — вплоть до выхода из ЕАЭС и ОДКБ. Именно их активисты часто выступают с осуждением действий России. При этом Кыргызстан подчеркнуто не сжигает мосты и в отношениях с Украиной, акцентируя внимание на тесных экономических и культурно-гуманитарных связях.

Осторожность кыргызского руководства в украинском вопросе обусловлена несколькими факторами. Во-первых, высокой зависимостью от российской экономической помощи. Двусторонняя российско-кыргызская повестка сфокусирована преимущественно на вопросах торгово-экономического сотрудничества и обеспечения региональной безопасности.

Значимость Кыргызстана для России определяется перспективами сохранения российского присутствия в Центральной Азии на фоне растущего экономического и инфраструктурного влияния Китая, военно-политической активизации США в регионе, возможностями реализации экономических проектов в горнодобывающей отрасли КР, направлением экспорта (прежде всего, поставки ГСМ, а также металлов, древесины, сельхозпродукции), вопросами региональной безопасности, укрепления сотрудничества по интеграционным трекам, в особенности в ЕАЭС. Россия — второй после Китая инвестор в экономику Кыргызстана, причем российские инвестиции за первое полугодие 2022 г. увеличились в 3,5 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Уже во время СВО российские и кыргызские официальные лица провели несколько встреч, а главы государств встречались дважды — на саммите ОДКБ в Москве и на саммите ШОС в Самарканде.

Кыргызстан находится в сложной экономической ситуации сразу по нескольким причинам. Среди них — внутриэлитная раздробленность, что с учетом фактора высокой пассионарности общества повышает риски политической нестабильности; слабый экономический потенциал, сложные географические условия, затрудняющие транспортные коммуникации, высокий уровень безработицы, зависимость от китайского реэкспорта. Дестабилизирующую роль играют и региональные противоречия между условными Севером и Югом.

Несмотря на частую смену власти, руководство Кыргызстана стремилось выстраивать относительно взвешенную внешнюю политику с Россией, осознавая первостепенную роль РФ в обеспечении экономической стабильности в КР. Действующий президент С. Жапаров, также возглавивший страну в результате госпереворота, демонстрирует готовность к сохранению этого вектора, обозначая нейтралитет по украинскому треку. Так, например, Кыргызстан на Генассамблее ООН проголосовал против исключения России из Совета по правам человека ООН, а С. Жапаров подчеркивает, что Бишкек исходит из необходимости соблюдения Минских договоренностей, получивших поддержку ООН.

Экономика Кыргызстана ориентирована на импорт, собственное производство сокращается. Значимая статья кыргызского экспорта — продукция сельского хозяйства, однако ее транспортировка до наиболее привлекательного российского рынка осложняется длинным логистическим плечом и периодическим нарушением фитосанитарных норм ЕАЭС. По данным кыргызской статистики, экспорт за первое полугодие 2022 г. составил 1,074 млрд долл., тогда как импорт в КР достиг 4,976 млрд долл. В то же время за аналогичный период 2021 г. экспортные операции составили 1,693 млрд долл., импортные — 2,929 млрд долл. Как видно из статистики, сальдо торгового баланса за год значительно просело, что свидетельствует о неблагоприятных трендах в экономике Кыргызстана. Несмотря на стремление кыргызского руководства диверсифицировать внешнеэкономические контакты, именно Россия остается ключевым торгово-экономическим партнером КР, опережая в этом списке Китай (по импорту), а также Казахстан (по экспорту).

Кыргызстан также замыкает тройку лидеров в Центральной Азии по количеству въезжающих в Россию трудовых мигрантов, причем этот показатель заметно вырос за год. По состоянию на лето 2022 г. количество вставших на миграционный учет в России граждан Кыргызстана составило 516 тыс. человек, причем большинство из приехавших оказались в России с целью заработка. В 2021 г. показатель количества зарегистрировавшихся за аналогичный период (январь–июнь) составлял 464 тыс. человек, то есть количество въехавших за год увеличилось. Это свидетельствует о востребованности российского рабочего рынка и готовности граждан Кыргызстана ехать на заработки в Россию, несмотря на СВО и сопутствующие экономические трудности. Кроме того, граждане Кыргызстана как государства-члена ЕАЭС имеют равные права с работниками других стран евразийской пятерки. Мягкая миграционная политика и относительно доступная трудовая инфраструктура сохраняют привлекательность российского направления для заработка и сокращают риски социального взрыва в самом Кыргызстане.

По данным Нацбанка Кыргызской Республики, денежные переводы физических лиц из России в КР, осуществляемые через систему переводов, составляют абсолютный максимум среди всех денежных средств, переводимых из-за рубежа таким способом. По данным Национального банка Кыргызской Республики, денежные переводы физлиц из России на июль 2022 г. составили 2,59 млрд долл. Этот показатель существенно превышает отток из КР. Причем, если опираться на данную статистику, можно заметить, что данный показатель кратно вырос с момента начала СВО, то есть стабилизация рубля на внутреннем рынке Кыргызстана все же привела к ощутимому росту денежных переводов. Сыграли свою роль и ускоренные темпы строительства в России на фоне инфляционных ожиданий, а также восстановление российского рынка труда после ковидных ограничений.

Уже эти показатели свидетельствуют о сохраняющейся зависимости Кыргызстана от России и соответствующей неготовности политической элиты КР идти на обострение отношений со своим ключевым торгово-экономическим партнером.

Во-вторых, сдержанная реакция Кыргызстана на российско-украинский конфликт обусловлена вторичностью этого направления в кыргызской внешней политике. Российско-украинский трек не входил в число приоритетов российско-кыргызской повестки и ранее. Более приоритетными для Бишкека представляются вопросы региональной безопасности, прежде всего, напряженные отношения с Таджикистаном — в сентябре 2022 г. на границе между двумя государствами произошло очередное столкновение с применением оружия. И для Кыргызстана, и для Таджикистана ситуация на границе является если не системообразующим, то, безусловно, важным фактором внутриполитической повестки. Обе страны входят в ОДКБ, и, несмотря на периодически появляющиеся в обществе дискуссии о необходимости выхода из данной структуры, по-прежнему сохраняют в ней членство. Вопреки стремлению и Кыргызстана, и Таджикистана диверсифицировать внешнеполитические контакты, именно Россия по-прежнему воспринимается в этих странах как приоритетный гарант региональной безопасности.

В-третьих, подчеркнутый нейтралитет Кыргызстана обусловлен опасениями руководства страны попасть под вторичные санкции стран Запада, прежде всего, США. С момента начала СВО американские официальные лица заметно активизировали контакты с центральноазиатскими элитами как по вопросам военного характера, так и в сфере экономического сотрудничества. Только в сентябре 2022 г. было сделано несколько вполне красноречивых заявлений, прямо указывающих на стремление американской администрации ослабить текущие экономические и социальные связи Центральной Азии с Россией. Так, например, координатор американской санкционной политики Джеймс О`Брайен сообщил о том, что США начинают работу со странами региона по вопросу поиска альтернативных маршрутов поставок товаров из Центральной Азии на внешние рынки в обход России, заместитель помощника директора Агентства США по международному развитию Анджали Каур предупредила, что США видят своей целью разъединение экономик Центральной Азии с российской. На полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке состоялась встреча госсекретаря США Энтони Блинкена и министров иностранных дел стран Центральной Азии, включая Кыргызстан, в рамках формата «С5+1». Первая же с момента начала СВО встреча в таком формате состоялась онлайн уже в феврале. Американскому руководству важно прояснить отношение политических элит региона к действиям России на Украине и выявить возможные точки возврата в регион уже с учетом перехода российско-украинского конфликта в вооруженную стадию.

Представители американского руководства неоднократно приезжали в Кыргызстан для встречи с руководством страны. За этот период КР посетили заместитель госсекретаря США по вопросам гражданской безопасности, демократии и прав человека Узра Зея, помощник госсекретаря США по делам Южной и Центральной Азии Дональд Лу.

США существенно сузили возможности для стран региона торговать с Россией, угрожая масштабированием санкционного режима. В совместном предупреждении Агентства по борьбе с финансовыми преступлениями и Бюро промышленности и безопасности при Минторге США Кыргызстан вместе с другими странами региона называется в числе вероятных перевалочных пунктов для поставки подсанкционных товаров в Россию, а значит, подлежит более пристальному вниманию со стороны американской администрации. В то же время США рассматривают возможность подписания с Кыргызстаном нового военного соглашения вплоть до размещения военной базы на территории Республики, и в среднесрочной перспективе дипломатическая активность США в КР и в регионе в целом будет только возрастать. Тем более что США уже имеют пусть и непродолжительную, но довольно насыщенную историю пребывания своих вооруженных сил на территории Кыргызстана — на авиабазе «Манас», которая использовалась как центр транзитных перевозок для обеспечения американского военного присутствия в Афганистане. В 2014 г. США покинули авиабазу по настоянию кыргызской стороны.

Наконец, в условиях заметного исхода многих компаний и частных лиц из России в рамках релокации Кыргызстан делает ставку на кооптацию приехавших работников в свой рынок труда. Как и везде в регионе, ставка делается на IT-сектор, который в самом Кыргызстане развит довольно слабо. В рамках программ привлечения иностранных специалистов кыргызское руководство приняло ряд мер, направленных на облегчение условий интеграции для релокантов. Среди них — налоговые каникулы, облегченная процедура регистрации, другие мероприятия в сфере минимизации бюрократических барьеров для иностранцев, получившие название «Цифровой кочевник».

***

Импортоориентированный характер кыргызской экономики, высокая зависимость от денежных переводов извне при собственных низких производственных мощностях, региональные и этнические противоречия, острота приграничного вопроса с Таджикистаном, ограниченные логистические возможности побуждают Кыргызстан избегать острых углов во взаимоотношениях с Россией, при том что на КР после начала СВО оказывается внушительное давление со стороны США по вопросу определения своего отношения к конфликту. Кыргызстан по соображениям экономической целесообразности не может позволить себе пойти на обострение отношений с Россией, однако в условиях необходимости делать выбор стремится максимизировать прибыль и от развития альтернативных контактов. Россия, несмотря на свои сужающиеся возможности культурно-гуманитарного порядка, по-прежнему остается значимым вектором кыргызской внешней и внутренней политики, гарантом региональной безопасности, наиболее стабильным и полноформатным экономическим партнером для Кыргызстана. В современных условиях Кыргызстан все чаще вынужден балансировать между настойчивыми действиями как региональных, так и мировых держав. При этом на принятие решений обычно не дается много времени. Более того, все реже возникает возможность отсидеться в стороне. В этом контексте логичным внутренним желанием становится использование наработанного собственного опыта и наращивание знания и навыков за счет «обучения» у более подготовленных партнеров. В положительном ответе на этот запрос у России есть заметные преимущества, начиная с формата ЕАЭС и заканчивая традиционно повышенным интересом Кыргызстана к России. Однако это только благоприятные условия, которые требуют системного развития и взаимной готовности обеих сторон.

Евгения Махмутова (Войко), доцент Департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ, эксперт РСМД

Источник:

Свежие публикации

Публикации по теме

Сейчас читают
Популярное