В 2025 году Таджикистан не сменил президента, но фактически завершил подготовку к транзиту власти. Эмомали Рахмон остался у руля, однако политическая система была окончательно перестроена под сценарий передачи управления внутри семьи. Формально — стабильность, институционально — пострахмоновская конфигурация.
Ключевым элементом стала зачистка политического поля. Парламентские выборы весны 2025 года не имели отношения к представительству или обновлению элит. Их задача — сформировать полностью управляемый парламент, который в нужный момент обеспечит юридическое сопровождение транзита: от кадровых решений до процедурной легализации преемника. Парламент в этой схеме — не центр власти, а инструмент.
Параллельно прошла перенастройка элит. Ротации затронули не оппозицию, уничтоженную ранее, а чиновников и силовиков с собственной автономией. Режим последовательно избавлялся от фигур, чья лояльность была персональной и условной. Цель — сформировать управленческую среду, способную функционировать после ухода Рахмона без внутренних конфликтов.
На этом фоне окончательно оформился статус Рустама Эмомали. Его не выводят на политическую сцену как кандидата и не готовят к электоральной борьбе. Он встроен в систему как административный и силовой центр будущего режима. Речь идёт не о передаче власти обществу, а о передаче контроля внутри закрытого элитного контура.
Отсутствие формального ухода Рахмона в 2025 году логично. Его фигура остаётся стабилизатором переходного периода, сдерживающим элитные амбиции и страхующим систему от сбоев. При отсутствии внутреннего давления и внешнего принуждения спешка с транзитом режиму не нужна.
Внешние партнёры приняли этот сценарий молча. Для них важна управляемость Таджикистана, а не демократическая процедура. Династический переход воспринимается как наименее рискованный вариант в условиях региональной нестабильности.
Итог 2025 года очевиден: транзит власти в Таджикистане уже идёт, но без участия общества и без формальной смены лидера. Это не политический процесс, а техническая операция по сохранению контроля. Власть не меняется — она переоформляется.
Антон Михайлов