С дальней перспективой

Посол России в Афганистане Дмитрий Жирнов в своём эксклюзивном интервью РИА “Новости” рассказал о том, как за год изменилась жизнь в стране, какие условия остаются для международного признания “Талибана” и почему Москва практически сразу начала отношения с новым афганским правительством.

– Год назад – 15 августа 2021 года – талибы вошли в Кабул. Как изменилась жизнь в посольстве с тех пор? Отразились ли введенные талибами ограничения на дипмиссии и на работе дипломатов? Как в городе с безопасностью? Легче ли стало передвигаться?

– Как поменялась жизнь в посольстве? Никак. Все на своих местах. Работы много. Взаперти не сидим. Внедряемся в новые афганские реалии. Талибы, кстати, ни в чем нас не прижимали.

Другое дело – и это тоже зарисовка к вашему вопросу – Кабул есть Кабул. Место само по себе очень сложное. Даже внешне. Кипит как базар, на улицах беспорядок такой, будто играют в бозкеши – такая забава без правил, когда тушу козла каждый тянет на себя. И всё это замешано на том, что Афганистан – страна небезопасная.

Раньше выезжаешь за ворота и ждёшь, где рванёт. Сейчас всё-таки не так. Талибы какой-то порядок навели. Но чувство, что ты всегда под прицелом. Почти каждую минуту, когда едешь, видишь кого-то с автоматом, с гранатометом или в камуфляже на пикапе с тачанкой. Вот талиб стоит на перекрестке, поигрывает затвором – но это у него с детства, в крови, он начеку. Наверное, поэтому терактов стало поменьше. Хотя курортом все же Кабул не назовешь. В бронированную машину надо садиться в бронежилете.

– После июньского землетрясения Россия дважды оказывала Афганистану гуманитарную помощь. Обращался ли Кабул за новыми поставками? В каком состоянии сейчас гуманитарная ситуация в Афганистане? В чем больше всего нуждаются люди?

– Россия всегда помогала и будет помогать тем, кто попал в беду. Афганцы это знают и очень нам благодарны. По большому счету, с протянутой рукой они не ходят: Афганистан всегда трясет, для страны глинобитных домишек это боль, но боль, к сожалению, привычная.

Наше содействие после стихийного бедствия было очень востребованным для смягчения гуманитарной ситуации. Вы спрашиваете, какова она в целом сейчас. Ну слушайте, а когда она здесь была хорошей, кроме как в советские времена? Простым людям не до горячего. Есть крыша над головой, детям пара лепешек на обед – уже неплохо. Получится перебиться случайным заработком – здорово. У пекарен по утрам собираются женщины в черных бурках. Это выпрашивать пришли вдовы войны, которую против Афганистана вели США и НАТО.

А вот история, которую мне рассказал помощник того самого методично выковыривавшего американцев из Афганистана Сираджа Хаккани, за чью голову ФБР назначило $10 млн. долларов. В тюремную камеру к этому парню американцы подсадили овчарку. Его морили голодом, а собаке, чтобы пытка получилась изощреннее, насыпали корм. На следующий день пес не притронулся к еде, пока из его миски не поел талиб. Собаку убрали, потому что американцы не знали, как сломить узнику волю.

Так вот достоинство – главное качество этого народа. После прихода талибов США украли афганские золотовалютные резервы и только подбрасывали народу какие-то подачки. Афганцы невзгод и потрясений прошли столько, что ответили на это с юмором. Кабул. Идет американец. Увидел попрошайку. Кинул ему гамбургер. Бедняк его потом подкараулил и всучил книгу “Учимся готовить вкусно”. Американцы унесли ноги. Но в головах простых афганцев они не могут стереть свою вину за беды Афганистана. Они должны платить за битые горшки. Эту мысль неоднократно проводил наш президент Владимир Владимирович Путин.

– Между Москвой и Кабулом сейчас только один авиарейс в неделю. Какие планы на будущее?

– Россия – одна из немногих стран, которая наладила с Афганистаном прямое авиасообщение. Это было большое, непростое дело.

Помните Кабул год назад? Разоренный аэропорт, откуда убегали американцы. Люди не знали, чего ждать завтра, у многих сдавали нервы. Отрезанными от Родины оказались сотни граждан России и стран СНГ, среди них были женщины с младенцами. Талибы отлавливали вооруженные шайки на улицах, а нам нужно было сделать так, чтобы все, кто обратился за помощью, вернулись домой в комфортных и главное безопасных условиях. Взрывчатка могла оказаться в багаже у любого из пассажиров. Мы собрали людей в посольстве, сделали все необходимое и в автобусах доставили их к трапам спецбортов.

Теперь ситуация другая. Рейсы пошли по накатанной, и сейчас та фаза, когда частота полетов зависит уже от спроса. Знаю, что авиаперевозчики держат руку на пульсе. Дипломаты, если потребуется, окажут содействие, в этом можете не сомневаться.

– Странная ситуация: де-юре талибов никто не признает, де-факто с ними работают, открываются посольства. Может, закрепить их фактический статус или смягчить санкции СБ ООН?

– Талибы, как бы к ним ни относиться, – это реальность, от которой не уйти. Поэтому мы должны работать с ними там, где это отвечает нашим интересам и где это требуется для решения стоящих перед Россией задач.

Талибам еще только предстоит взять планку с признанием. Они давали обещания в политической сфере, по борьбе с терроризмом, наркоиндустрией. Мы внимательно следим за тем, как талибы учатся управлять страной, как они распоряжаются властью.

Думаю, первый шаг к рассмотрению международно-правовых аспектов их статуса – это создание правительства, по-настоящему инклюзивного с этнополитической точки зрения, где все основные группы смогут принимать полноценное участие в управлении государством. У нас очень близкие позиции с Китаем. Но ведь в “пятерке” постоянных членов СБ ООН есть еще США, Франция, Великобритания. Они воевали с талибами 20 лет, и поражение в этой войне коробит западников так, что пока США даже не отдают Афганистану замороженные национальные активы, которые вернуть обязаны.

– Спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов заявил, что за год после прихода к власти талибов проблема присутствия в Афганистане ИГИЛ никуда не делась. По его словам, число боевиков увеличилось примерно до шести тысяч. Обращались ли афганские власти к России за помощью в борьбе с терроризмом?

– Для нас искоренение терроризма – это приоритет. Талибы заявляют, что настроены бороться с ним бескомпромиссно. Хорошо, что это не только слова. Со сменой власти в Афганистане террористическое подполье начало было усыхать. Но когда американцы отняли у афганцев деньги, ресурсов стало не хватать. Поэтому нет ничего удивительного в том, что талибы, конечно, недорабатывают, бьют только “по хвостам”, реагируя на уже совершенные теракты, хотя в этом случае, надо сказать, проводят достаточно эффективные рейды. Но хотят научиться – и это правильно – действовать на упреждение и заинтересованы в материально-техническом содействии. Это важно. Задача России – пресекать угрозы на дальних подступах. Спецслужбы занимаются этим вопросом очень серьезно.

Вообще, проблема сложная, и с одного только российского угла ее не решить. На чем терроризм играет в Афганистане? Для людей, у которых война отобрала все, жизнь теряет смысл. И здесь таких много. Вот семья. Пятеро сыновей, пять дочерей, мал мала меньше. Хорошо, если живут в кишлаке, где есть земля, с которой можно прокормиться, и где ты своими заботами привязан к окружающим. Безнадега в городе куда страшнее. Вот парень закончил университет. Но у него ничего нет. Ни работы, ни будущего. Он никому не нужен. Только обида на жизнь. Такого очень легко взять в переплет.

Подмешайте сюда наркотики (а эта отрасль засосала несколько миллионов человек), и все. Он готов мстить, кому скажут. И не только за то, чтобы отыграться за свою боль. Его семье от вербовщиков перепадут деньги, на которые она откроет дуканчик, и эта лавка будет кормить его родителей, братьев, сестер, детей, племянников. Видите, как далеко расходятся корни? Терроризм не искоренить без нормализации социально-экономической ситуации. Почему же, зная это, США лишают афганцев последней рубашки? Чтобы террористам стало вербовать еще проще? Проблема слишком сложная, чтобы ее решить, например, такими акциями, как уничтожение с американского дрона главаря “Аль-Каиды”. О проведении такой операции недавно заявлял Байден. Если так оно и было, то в тех условиях, в которые Афганистан был поставлен 20-летней войной с США, радикалы “Аль-Каиды” скорее всего просто примкнут к ИГИЛ. Круг замкнется. Я уж не говорю о том, что агрессивное нарушение американцами воздушного пространства Афганистана не добавит талибам доверия к США в вопросе борьбы с терроризмом.

– Как складывается экономическое сотрудничество с Афганистаном?

– В торгово-экономической сфере мы по афганским меркам контактируем неплохо. В марте Кабул посетила большая делегация с участием руководящих сотрудников наших министерств сельского хозяйства, энергетики, экономического развития, промышленности и торговли. Поездка была пристрелочной, но импульс дала очень полезный.

В Афганистане побывал целый десант от российских компаний. Есть интерес, например, к афганской руде для производства стали, к инфраструктурным, строительным проектам.

В июне на Петербургский международный экономический форум приезжали первые лица афганской Торговой палаты. Помните, какой интерес тогда вызвало их появление, как часто журналисты брали именно их крупным планом? Среди договоренностей – организовать до конца года двусторонний бизнес-форум в Афганистане. Вот тогда ждите здесь ещё гостей из России и готовьте вопросы о том, как они съездят.

15 августа в Москве прошли переговоры с афганским министром промышленности и торговли. В делегацию вошли также экономисты и финансисты. В планах афганцев – закупка нефти, других видов топлива, пшеницы, муки, подсолнечного масла. Такие контакты нужны для развития межрегиональных связей.

Вообще, точек, где наши страны полезны друг другу экономически, много. Но не думаю, что запрягать надо впопыхах, хотя и отсиживаться в сторонке тоже неправильно. Деньги, сами понимаете, не любят риск. От наших бизнесменов я слышал, например, что сейчас нужно протестировать те новые исламские финансовые нормы, которые внедряются в Афганистане. Все должно быть просчитано. Работа ведется как по государственной линии, так и самими предпринимателями. У нас есть Деловой совет по сотрудничеству с Афганистаном.

Главное – что у наших деловых кругов уже есть имя в Афганистане. С советских времен афганцы знают, что на “шурави” можно рассчитывать, они отработают качественно и наживаться не будут. Все, на чем сейчас держится экономика Афганистана, было сделано нашими инженерами: тоннели, шахты, заводы, электростанции, каналы.

В мае в Кабуле были наши специалисты. Они смотрели, как отладить коммунальные системы в большом микрорайоне на 500 тысяч жителей. Кстати, в графике у афганского министра промышленности и торговли – заехать в Троицк, посетить эту компанию. Вопросы насущные: Кабул нуждается в нормальном отоплении, в хорошем водоснабжении, в бесперебойной работе электроподстанций.

Афганцы знают о нашем самом добром к ним отношении и очень ценят его. Особенно на контрасте с тем, как здесь похозяйничала западная коалиция. Эта полусотня стран не сделала для афганского народного хозяйства ничего.

Источник:

 

Свежие публикации

Публикации по теме

Сейчас читают
Популярное