Встречу B5+1 в Бишкеке с участием представителей Госдепартамента США и бизнеса стран Центральной Азии многие СМИ уже назвали исторической. Но реальная значимость «новой страницы» в американо-центральноазиатских отношениях определяется не заявлениями, а конкретными шагами и практическими результатами, считает Директор центра экспертных инициатив «Ой Ордо» Игорь Шестаков.
Формат B5+1 в Бишкеке стал логичным продолжением встречи Дональда Трампа с главами государств Центральной Азии, которая прошла в конце 2025 года. Ранее ни один президент США не собирал лидеров региона в Белом доме в полном составе. Тогда был сделан акцент на экономическое сотрудничество, и нынешний визит Серджио Гора показывает, что Вашингтон хочет придать тем договорённостям системный характер, а не оставить их разовой политической акцией.
Выбор фигуры спецпредставителя тоже показателен. Серджио Гор родился в Узбекистане, и Трамп традиционно делает ставку на людей, лично связанных с регионами. Похожие кадровые подходы применяются и по другим направлениям, к примеру на Ближнем Востоке. Со стороны Гора прозвучали громкие заявления о перезапуске экономического взаимодействия США с Центральной Азией. Это укладывается в стиль нынешней администрации Трампа — формировать образ масштабной исторической миссии через громкие публичные сигналы.
При этом американский интерес к региону развивается с учётом конкуренции с Китаем и стремления снизить здесь его экономическое влияние. Поэтому на встрече обсуждались именно те направления, где у Пекина уже есть стратегические позиции — редкоземельные металлы, энергетика, водные ресурсы, искусственный интеллект и технологическое развитие. Ключевой вопрос остаётся прежним — если Китай инвестирует в регион миллиарды долларов, то какие сопоставимые объёмы готов предложить американский бизнес?
Маловероятно, что США пойдут по пути Китая и России с масштабными инфраструктурными проектами. Скорее можно ожидать точечных вложений в добычу критически важного сырья, отдельные энергетические направления и водную проблематику. До сих пор участие США в водной сфере в основном ограничивалось исследовательскими программами. При этом крупные реальные инвестиции в водную инфраструктуру региона были сделаны в афганский канал Кош Тепа на сумму свыше 600 млн, что, наоборот, сокращает доступные водные ресурсы для Центральной Азии.
Одной из чувствительных тем переговоров в Кыргызстане и Узбекистане стал визовый режим. С 2026 года США ужесточили правила получения виз для ряда стран, включая государства Центральной Азии. Эти изменения по времени совпали с визитом Гора и поднимались на переговорах с Садыром Жапаровым. Сегодня оформление поездки в США требует прохождения сложных процедур и внесения залога до 15 тысяч долларов.
Возникает прямой вопрос, как в таких условиях предприниматели из региона смогут выстраивать деловые связи и выходить на американский рынок. Однако чёткого ответа на это дано не было. Именно поэтому МИД Кыргызстана и Узбекистана в последние недели активно ведут консультации с американской стороной, приглашая послов США для обсуждения смягчения режима.
Фактически складывается ситуация, при которой США не упрощают, а усложняют доступ для центральноазиатского бизнеса. При этом жёсткий миграционный и визовый контроль — не новшество одной администрации. Схожие меры в больших масштабах применялись и при Бараке Обаме. Это говорит о долгосрочной и системной линии на ограничение въезда и ужесточение требований, что объективно тормозит развитие деловых контактов.
Дополнительным барьером остаётся логистика. Представители бизнеса на площадке форума отмечали, что поставки товаров из Центральной Азии в США обходятся слишком дорого, и себестоимость часто перекрывает ожидаемую прибыль. Это серьёзно сужает практическое поле сотрудничества.
В геополитическом плане данный форум будет наверняка иметь продолжение в виде дальнейшей американской активизации. Вашингтон демонстрирует готовность конкурировать за влияние в регионе и не намерен оставлять его исключительно в орбите Китая.
Другой вопрос, насколько США смогут обеспечить сопоставимый товарооборот и участие в стратегических секторах. Ближайший период покажет, насколько быстро американская сторона перейдёт от заявлений к практическим инвестиционным решениям в Центральной Азии.